«Я поражен, что американская культура находится в таком положении — здесь и невежество, и племенной менталитет. И нет тут никакой разницы между Дональдом Трампом и Берни Сандерсом. Идея ‘Сделано в Америке’ или ‘Покупай американские товары’ — это националистическая, а не экономическая идея, она — идиотская».

Руководство по американизму в современных условиях

(Глава из новой книги)

Ярон Брук

От переводчика: Текст, представленный здесь, взят из статьи доктора Ярона Брука, опубликованной в книге «Руководство по американизму в современных условиях» под редакцией Джонатана Хонига, и посвящен философии Айн Рэнд и ее современному применению в политике, экономике, праве и культуре.[1]

Айн Рэнд видела как ценность Америки, так и угрозы Америке, коренящиеся в различных философских идеях. Она писала в «Руководстве по американизму»:

«Основным принципом Соединенных Штатов является индивидуализм», и «главная проблема в современном мире заключается в двух принципах: индивидуализме и коллективизме».

Коллективистские идеи давали толчок различным угрозам Соединенным Штатам и единственным способом защитить «американское предприятие» было отстаивание индивидуалистического видения, которое побудило отцов-основателей создать США.

Когда Рэнд задумала «Руководство» в 1946 году, она уже боялась, что идеи, которые сделали Америку великой, теряют влияние. Вторая мировая война закончилась совсем недавно, и европейский фашизм был практически ликвидирован. Это сделало коммунизм, бывший, как и как фашизм, тоталитарной формой коллективизма, самой большой внешней угрозой Америке и американизму. Дома Айн Рэнд была свидетелем десятилетия растущего государственного вмешательства в экономику с помощью программ «Нового курса».

Политика Нового курса была первой крупной атакой на американский индивидуализм и капитализм, свидетелем которой Рэнд стал с тех пор, как прибыла в новую страну, — атакой, оправданной коллективистскими заявлениями, которые (в какой-то малой степени) перекликались с идеями коммунизма. Новый курс, с ее точки зрения, представляет собой беспрецедентное вторжение этатизма в Америку — атаку на смысл и сущность Америки. Таким образом, в «Руководстве» мы видим, что Рэнд реагирует как на внешнюю угрозу коммунизма, так и на внутреннюю угрозу Нового курса, бросая вызов коллективистской философии, лежащей в основе обеих угроз. Рэнд была одной из немногих, кто понимал значение этих событий и предвидел их последствия — возможные, если никто не станет задавать вопросы.

Многое изменилось с 1946 года. Наиболее примечательно то, что коммунизм рухнул, и почти каждый хотя бы на словах признает ценности свободного рынка. В то же время в Америке появились новые проблемы, такие как рост исламского террора. Это приводит к вопросу: актуально ли «Руководство» Рэнд сегодня? Я считаю, что ответ положительный — именно потому, что анализ Рэнд в 1946 году не был журналистским анализом. Он был сосредоточен на философских принципах. Принцип — это широкая абстрактная концепция, объединяющая неисчислимые материальные элементы. Хотя многие конкретные угрозы Америке видоизменились, все еще верно то, что для понимания Америки и стоящих перед нами проблем необходимо понять конфликт между принципом индивидуализма и принципом коллективизма. И поэтому мы можем спросить: как вопросы и проблемы, представленные в современной версии «Руководства по американизму», отличаются от тех, которые были сформулированы Рэнд почти три четверти века назад?

Однако, прежде чем мы перейдем к этому вопросу, важно помнить, что Рэнд еще не полностью разработала свою подробную философию, когда она написала «Руководство»; Она сделала это только в 1957 году, когда она опубликовала «Атлант расправил плечи». В конце концов она поняла, что конфликт между индивидуализмом и коллективизмом был политическим выражением более глубоких конфликтов в этике (эгоизм против альтруизма) и эпистемологии (логика против мистицизма). Более того, Рэнд была гением, и было бы ошибкой пытаться оценить, как она сама была бы руководителем проекта «Руководство по американизму сегодня», предполагая, конечно, что она вообще согласилась бы на такое предприятие. Вместо этого мы рассмотрим, как сегодня в Америке происходит тот же конфликт, который Рэнд определила в свое время — индивидуализм против коллективизма.

Упадок коллективизма, как идеала священной борьбы

Коллективизм казался явным идеалом, который всегда пытались реализовать различные движения, будь то в нацистской Германии, фашистской Италии или коммунистической России. Но это изменилось после Второй мировой войны. В своей статье 1965 года «Использование возможности: ‘восстание’ студентов» (“Cashing In On The Student Rebellion”) Рэнд писала:

“Как культурная и интеллектуальная сила и как моральный идеал, коллективизм умер во Второй мировой войне. Если мы все еще катимся в его направлении, то только из-за инерции пустоты и импульса распада. Общественное движение, которое началось с гегелевских и марксистских диалектических конструкций и закончилось детским стадом с сомнительной моралью, которые топают ногами и кричат: ‘Я хочу это сейчас!’, — подошло к концу.”

После Второй мировой войны, но особенно после падения коммунизма, дискуссия изменилась: нас уже не просили выбирать между двумя социальными системами. Превосходство «рыночной экономики» считалось само собой разумеющимся, и споры были сосредоточены на том, какие налоги, правила и политика «государства всеобщего благосостояния» должны быть приняты в каждый конкретный момент. Короче говоря, смешанная экономика — смесь индивидуальной свободы и коллективного контроля — была воспринята как должное. Смешанная экономика, как отмечает Рэнд, ведется не в соответствии с политическими принципами, а скорее в борьбе групп давления. Роль коллективизма в смешанной экономике не является руководящим идеалом, который применяется и осознанно реализуется. Вместо этого, коллективистские идеи мобилизуются постепенно и в некоторой степени, чтобы оправдать конкретные требования различных групп давления и скомпрометировать любого, кто занимает фундаментальную позицию, поддерживающую индивидуальную свободу.

Например, борцы за равенство, протестующие против экономического неравенства, говорят нам о том, что неравенство нельзя допускать, если только оно не «на благо общества», и продолжают проповедовать программу «социальной справедливости», которая включает в себя введение экспроприаторских налогов на «верхний процентиль». В то же время, республиканцы не только принимают как должное расширение программ коллективного перераспределения, которые были созданы более или менее в период, когда Рэнд написала «Руководство», но также умножают коллективную риторику и оправдывают свою собственную этатистскую политику в стиле «государство превыше всего». Результатом продолжающейся и расширяющейся групповой борьбы является медленное, нерешительное, но движение в сторону этатизма.

Айн Рэнд

Хотя мало кто хочет последовательно применять коллективные идеи, как это сделали тоталитарные режимы двадцатого века, на самом деле нет никого, кто бы полностью и сознательно отвергал коллективистские рамки и защищал индивидуализм и свободу. Поэтому важно различать сложные способы, которыми коллективистские идеи формируют процессы и конфликты, которые постепенно ведут нас к той же цели, за которую когда-то открыто боролись ортодоксальные коллективисты.

Исламский тоталитаризм

К сожалению, религия сегодня — это не только политическая проблема; Это вопрос национальной безопасности. Америка находится под угрозой исламского тоталитаризма. Рэнд не дожила до исламских террористических атак на Америку. Но она наблюдала за иранской революцией, в ходе которой исламисты свергли шаха и взяли в заложники 50 американцев. Как сказала тогда Рэнд:

“Нет сомнений, что это вина нашей внешней политики, и на данном этапе нет правильного курса действий. Слишком поздно. Если мы не устроили штурм в первый или второй день после захвата заложников, то ничего, что было сделано потом, уже не могло помочь, и нам потребуются годы, чтобы преодолеть унижение.”

Вопрос в том, как такая примитивная группа может угрожать самой сильной нации в истории человечества? Почему до 1979 года мы продемонстрировали такую слабость, что Иран осмелился бросить нам вызов — и почему мы ответили на это унижение так неубедительно -тогда и в последующие десятилетия — и таким образом при каждой возможности поощряли наших врагов? Опять же, причина философская. Коллективизм учит нас, что аморально действовать эгоистично — как отдельными людям и как нациям. Считается аморальным защищать себя от внешних угроз с помощью военной силы, особенно если это делается «в одностороннем порядке», то есть без поддержки коллектива. Более того, американцы стали жертвами особенно яростного типа коллективизма, мультикультурализма, который учит нас одинаково относиться ко всем культурам: мы не можем противостоять убийцам-исламистам, потому что мы не лучше их. Как объясняет Леонард Пикофф в своей лекции 2003 года «Америка против американцев»:

“Мультикультурализм… это беспрецедентная атака на национальную самооценку и нашу инициативу. ‘Лучше ли мы’, — спрашивают сегодня многие образованные американцы, — ‘тех, кто нас ненавидит? Может быть и у них есть право на собственные идеи и ценности?’ Видите, как мы можем быть единственной мировой державой и в то же время неспособны правильно бороться с нашими врагами? Мощнейшее оружие не имеет значения, если человек, который нажимает на кнопку, не может заставить себя или своих соотечественников принять решение нажать на нее.”

Поэтому современное «Руководство» должно будет касаться вопросов внешней политики, и особенно угрозы исламского терроризма, как это сделал Илан Джорно в этом сборнике[2]. Джорно обсуждает слабый и беспринципный характер нашей внешней политики с 1945 года. (В 1979 году в передаче Донахью, Рэнд описывает внешнюю политику США со времен Нового курса как «позорную».) Он также обсуждает индивидуалистическую американскую политику, достойную Америки, а так же сопутствующие темы, такие, как «превентивный удар», «как бороться с терроризмом в мире после 11 сентября», «правила открытия огня» и многое другое.

Защита деловых людей

Американский индивидуализм поднял величайшую волну прогресса и процветания в истории человечества — прежде всего, путем освобождения людей от препон в погоне за прибылью. Бизнесмены, полагала Рэнд, являются безымянными героями, которые повышают уровень жизни человечества — не служа другим самоотверженно, но заботясь об их собственных интересах. По этой причине коллективизм осуждает их. Бизнесменов считают безнравственными — не из-за реального или кажущегося греха — но потому, что погоня за прибылью является тем, что их мотивирует.

К 1946 году деловые люди уже подверглись серьезной атаке. Бизнес-гиганты девятнадцатого века были названы «разбойниками-бандитами»; Вина за Великую депрессию была возложена на частный бизнес, как и почти все экономические проблемы, стоящие перед Америкой. Эти нападки, наряду с правительственными постановлениями и средствами контроля, которые они неизбежно создают, только усилились в последующие годы. Хотя американские бизнесмены во времена Рэнд были более свободными и уважаемыми, чем где-либо еще в мире, они все еще не заслужили морального признания — и в результате их моральное право на свободную погоню за прибылью было подорвано. С тех пор, как Рэнд опубликовала «Руководство», государство-регулятор, которое тянет руки ко всему, неуклонно росло, — наряду с коррупцией, дефектами и протекцией, которую оно неизбежно создает.

В более поздних работах Рэнд, хвала бизнеса и осуждение его осуждающих стали одной из ее главных тем. Она прославляла эффективных бизнесменов в «Восстании падших», и в течение нескольких лет после публикации книги она стала публично защищать бизнесменов. В своей лекции 1961 года в Форд-холле, на дискуссионном форуме в Бостоне «Преследуемое меньшинство Америки: большой бизнес» Рэнд говорила о «предрассудках, несправедливости, преследовании и слепой, неразумной ненависти», которую испытывает общество в адрес деловых людей. Затем она стала сравнивать обращение с преступниками в уголовном законодательстве с обращением с бизнесменами в условиях «гротескного, иррационального и вредного роста неосуществимых, неоправданных и непреодолимых противоречий, известных как антимонопольные законы».

“Отношение закона к реальным преступникам, во многом лучше, чем к бизнесменам. Права преступника защищены объективными законами, объективными процедурами, объективными правилами представления доказательств. Преступник считается невиновным, пока его вина не доказана. Только бизнесмены — производители, кормильцы, сторонники, «атласы», которые несут всю экономику на своих плечах — считаются изначально виновными и обязаны доказывать свою невиновность без какой-либо меры, опреляющей невиновность, или доказательства вины. Они находятся во власти каприза, предвзятости и убеждений любого политика, который гонится за славой, каждого коварного атеиста, каждого искренне завистливого человека, который, возможно, сумел пробиться на бюрократическую вершину и жаждет напасть на какую-нибудь монополию.”

Последнее публичное выступление Рэнд было перед группой бизнесменов в ноябре 1981 года. Во время лекции Рэнд сказала, что бизнесмены, которые чрезвычайно полезны для общества, тем не менее, являются «самыми ненавистными, обвиняемыми и осуждаемыми людьми» в обществе. Здесь Рэнд продолжила описание феномена, который она называла «подтверждением жертвы», когда деловые люди усиливают несправедливость по отношению к себе, принимая моральные стандарты своих гонителей и извиняясь за свои творческие достоинства.

В качестве примера этого явления Рэнд указал на финансовую поддержку, которую бизнесмены оказывают высшим учебным заведениям, не обращая внимания на идеи, которые их доллары помогают распространять.

«Миллионы за миллионами и миллионами долларов ежегодно жертвуются университетам крупным бизнесом, и доноры понятия не имеют, на что тратятся их деньги или кого они поддерживают. Единственная уверенность существует в том, что некоторые из самых яростных пропагандистских акций против бизнеса и против капитализма финансируются бизнесменами в таких проектах… это моральное преступление — давать деньги на поддержку своих гонителей. Но именно с такой безответственностью и таким безрассудством и поступают деловые люди».

К сожалению, даже сегодня деловые люди продолжают самоубийственную практику легитимации своих ненавистников. Примечательно, что соучредитель «Microsoft» Билл Гейтс публично выступил против капитализма, социальной системы, которая позволила ему быть новатором и накопить огромное состояние. У капитализма, по его словам, отсутствует «правильный стимул» (стимул использовать «науку, которая помогает бедным»), и поэтому он должен быть «исправлен». Инвестиционный магнат Уоррен Баффет регулярно призывает крупных бизнесменов «делиться» -то есть давать гораздо больше, чем они сейчас дают — в виде налоговых платежей, как часть этического принципа «совместного пожертвования».

В более широком смысле, бизнесмены остаются «преследуемым меньшинством», и бремя, накладываемое на них «регулирующим государством всеобщего благосостояния» никогда не было так тяжело, особенно после финансового кризиса 2008 года. Несомненно, есть некоторые позитивные признаки. Важно не игнорировать успехи Силиконовой долины в продвижении инноваций, а также в целом позитивное общественное мнение о предпринимателях, работающих в области высоких технологий, изобретателях и даже венчурных капиталистах. Если есть надежда на будущее Америки, это, безусловно, основной ее источник. Тем не менее, общая тенденция в отношении деловых людей до сих пор была плохой. «Мида», Апрель 2019

Приложение
«Ошеломляющий успех Израиля стал возможен благодаря экономической и личной свободе»

Омер Григ беседует с экономистом, председателем совета директоров Института Айн Рэнд в США, доктором Яроном Бруком:

— “Если бы Айн Рэнд приехала сегодня в Израиль, она бы сказала то, что ранее говорила в 1970-х годах: Израиль — остров цивилизации в море варварства. Существует остров относительной свободы, остров людей, которые ценят человечность, образование и индивидуализм”

Так доктор Ярон Брук, президент Института Айн Рэнд в США и один из самых видных активистов объективистской школы последователей Айн Рэнд, открыл специальное интервью с «Мида». Брук, который родился и вырос в Израиле, много лет живет в Америке, но наша Страна никогда не оставляла его равнодушным. Это очень похожее на концепцию Рэнд, описанную в ее книгах «Атлант расправил плечи» и «Источник».

«Я уверен, что Айн Рэнд также критиковала бы все, что нужно критиковать — слабость Израиля по отношению к его врагам, социализм и смешанную экономику», — говорит он и добавляет:

«Конечно, ситуация улучшилась с 70-х гг. Здесь стало больше свободы, больше капитализма. Тогда она много критиковала, но в критика была в общем русле восхищения. В конце концов, это маленькая страна, которая производит много, и тут происходят удивительные вещи, потому что здесь есть относительная свобода. Это происходит отчасти из-за тех идей, о которых говорила Рэнд — творчества, предпринимательства, свободы и интеллекта — вещей, которые были для нее очень важны и которые существуют здесь».

Брук часто посещает Израиль и выступает на различных экономических форумах, и на этот раз он был гостем «Нового Либерального Движения» на конференции, проводимой в Университете Бен-Гуриона. Нам, израильтянам, нравится жаловаться на ситуацию и требовать ее улучшения, но Брук, который смотрит на Израиль с относительно внешней точки зрения, предлагает некоторые интересные наблюдения об экономике и обществе Израиля, сопоставляя эти наблюдения с другимим странами. Он объясняет:

«Мы постоянно говорим о ‘нации стартапов’, но почему бы всей израильской экономике не быть ‘нацией стартапов’? Почему вся экономика не обладает экономической свободой, существующей в высокотехнологичной отрасли? Это трагедия, и это также верно для США. Если вы думаете о предпринимательстве, вы думаете о Силиконовой долине, которая является небольшим островом в большом штате Калифорния, который, вероятно, более социалистический, чем даже Израиль, и находится в еще большей стране со смешанной экономикой — Америке».

По словам Брока, такая ситуация характеризует не только Израиль или Соединенные Штаты, но и Запад в целом:

«Это ужасно. Мы знаем, как создать капитал. Мы знаем, как создать динамичный рынок — оставить его в покое и дать ему работать. Мы делаем это в определенных отраслях, таких как технологический сектор, чтобы они создали капитал, а затем мы крадем его, чтобы удержать остальную часть западного мира под относительно социалистической системой, в которой активно участвует государство, а рынки имеют ограниченную свободу. Это очень грустно, потому что это означает, что мы знаем, что делать, но не делаем этого».

Трамп, Вера и Прагматизм

Доктор Брук был старшим лектором по финансам в Университете Санта-Клары, Калифорния. Он написал множество статей и опубликовал несколько книг по экономике, но большую известность он, похоже, приобрел в последние годы, когда стал своего рода веб-звездой в популярных лекционных видео и подкастах. Но Брук не устает критиковать страну, которая стала его вторым домом. Он говорит, что, хотя Соединенные Штаты считаются символом капитализма, они никогда полностью не воплощали идеалы Айн Рэнд.

«Она подвергала критике Соединенные Штаты уже в 1930-х годах и в 1957 году написала«Атлант расправил плечи», кроме всего прочего, содержавшего и критику этого государства. Уже тогда она думала, что США недостаточно свободны. Сегодня ситуация намного хуже, особенно в социальном, культурном и экономическом плане. Гигантский рычаг, который США могут использовать для производства и создания капитала, используется очень медленно. Политическая и речевая культура — как люди разговаривают и спорят, находятся в очень плохом состоянии».

Среди прочего, Брок осуждает трайбализм и коллективизм, которые получили широкое распространение в Америке.

«Впервые в истории вы видите это — что в восхищении президентом с плохим характером и грубой формой выражения своих мыслей, он как человек, является противоположностью рэндианского героя. Он человек, который ничего не знает об экономике, и IMHO ничего не знает о жизни. Абсолютный прагматик. В 1960-х Айн Рэнд говорила о президенте США Джоне Ф. Кеннеди, что он является прагматиком и ни во что не верит, что он сделает все и цель для него оправдывает средства. Если бы Рэнд описывала в «Атланте» такого прагматика, как Дональд Трамп, ей бы сказали, что такого не может быть. Что таких людей нет. Трамп будет лгать и обманывать, делать все, чтобы достичь своей цели, как он сам сказал: «Что бы я ни сделал в дороге, главное — результат, т. е. что я выиграл». Рэнд была шокирована сегодняшней Америкой».

Доктор Брук приводит один пример из области экономики, говорящий о взаимной выгоде от торговли.

«Эта идея была объяснена Адамом Смитом в ‘Богатстве народов’ более двухсот лет назад, и с ней согласен каждый экономист, правый и левый — свободная торговля есть идеальная ситуация. Ограничения на импорт и тарифы на самом деле являются налогом на потребительство, и это не рационально. Существует не так много вопросов, по которым среди экономистов существует абсолютный консенсус, но этот — один из них».

По его словам, готовность американцев принять предположение о том, что приобретение китайских товаров наносит ущерб Америке, является невежеством.

«Я поражен, что американская культура находится в таком положении — здесь и невежество, и племенной менталитет. И нет тут никакой разницы между Дональдом Трампом и Берни Сандерсом. Идея ‘Сделано в Америке’ или ‘Покупай американские товары’, которая также здесь, в Израиле, — ‘Покупай бело-голубое’ — это националистическая, а не экономическая идея, а как националистическая идея она тоже идиотская. Это также антиамериканская идея, т. к. одним из основных прав в Декларации независимости является ‘стремление к счастью’ (The pursuit of happiness)».

Рынок и свобода

Но если Айн Рэнд была бы разочарована тем, что ее идеи еще не получили должного развития в американской культуре, Брук считает, что она была бы удивлена, что они набирают обороты в остальном мире.

«Больше ее книг продается за пределами Америки, чем в Америке, и это не потому, что в Америке наблюдается падение продаж, а из-за значительного увеличения продаж в последнее десятилетие в таких странах, как Россия, Китай, Бразилия, Монголия, Болгария и Грузия. Путинская Россия и общая ситуация в этой стране (Рэнд родилась в Санкт-Петербурге в 1905 году и уехала в Соединенные Штаты в 1920-х годах) не удивит ее, но тот факт, что там так много людей любят ее книги, удивил бы ее».

В Израиле также в последние годы идет усиление идеологии свободы (или принципов классического либерализма). Появился ряд организаций позиционирующих себя как либеральные, либертарианские, консервативные и объективистские, но большинство людей не замечают различий между этими различными подходами.

Доктор Брук говорит, что для того, чтобы понять уникальность Айн Рэнд, мы должны сначала определить что есть «идеал свободы».

«Есть националистические организации, которые считают себя частью этого. Есть также религиозные элементы, которые считают себя таковыми, и неясно, являются ли они религиозными или националистическими. Как идеология, они действительно соответствуют идеалу свободы. Я считаю себя объективистом, и в Израиле существует Институт Айн Рэнд под руководством Боаза Арада. На каком-то уровне, и, на мой взгляд, очень важном, объективизм отличается от всего другого. У либертарианских идей нет шансов на успех, если объективизм потерпит неудачу. Мы не выиграем кампанию за свободу без доминирования объективизма — не обязательно на уровне активизма, но обязательно среди интеллектуалов. Объективистская мысль должна доминировать в интеллектуальном мире, чтобы свобода победила. Я говорю о настоящей свободе — об идеальной ситуации».

По его словам, причина этого в том, что миром движет не экономика или политика, а философия.

«В конце концов, есть только одна философия, которая соответствует идее свободы — философия Айн Рэнд, объективизм. Если вы придерживаетесь моральных необъективистских ценностей, тогда тенденция всегда будет направлена на социализм и правительственное вмешательство на том или ином уровне. Нет способа установить свободу и свободный рынок, кроме как на ценностях индивидуализма, и нет философии индивидуализма, кроме философии Айн Рэнд. Все другие философии, которые были опробованы, были побеждены немецкой и французской философией в 19-ом веке. Айн Рэнд — самая надежная основа для идей индивидуализма и, следовательно, для идей свободного рынка и политики свободы».

— “Если я вас правильно понимаю, вы говорите, что философия объективизма обречена на победу, потому что она не идет на компромисс. Она не идет на уступки другим идеям. Она не прагматична”.

«Это не причина, по которой она победит. Она победит, потому что она является настоящей философией. Философия, которая содержит ненастоящие элементы, не является настоящей в целом. Объективизм имеет механизмы для исправления ошибок, т. к. он за логику и рациональность. Чтобы объективизм восторжествовал, интеллектуалы, которые должны представлять эту философию, не должны идти на компромисс. Компромисс с правдой — победа лжи».

Далее Брук говорит, что свободный рынок не может существовать сам по себе без философской основы, поэтому атака на свободный рынок всегда философская.

«Нет никаких экономических аргументов против свободного рынка. Когда есть свобода, есть экономическое процветание, и все это знают, включая социалистов. Карл Маркс также признавал это и сказал, что капитализм рождает капитал. Нападки на капитализм всегда имеют моральную и эпистемологическую основу. Если вы хотите защитить капитализм и свободу, вы должны иметь моральную защиту, и нет никакой другой защиты, кроме Айн Рэнд. Вы можете изучить праксиологию Мизеса или социальные идеи Хайека, но все это не очень серьезно. Эти идеи не выдерживают испытания философией и не могут противостоять натиску слева и справа против идей свободного рынка и свободного человека — свободной жизни без принуждения. Это гораздо важнее, чем свободный рынок. Да! Если вы даете людям основу для защиты индивидуальных прав, контрактов и собственности, тогда развивается свободный рынок. Но для меня важна прежде всего личная свобода».

Платон и западная культура

Большинство сторонников свободного рынка объясняют свою позицию, заявляя, что это экономический метод, который дает лучшие результаты — качество и продолжительность жизни, здоровье и многое другое. Но Рэнд объяснила свою поддержку свободного рынка этическими причинами.

«Это зависит от вашей точки зрения. Есть люди, которым трудно при свободном рынке, и им будет легче при социализме. Если ваш идеал равенство или подъем наверх самых бедных в обществе, то капитализм не лучший метод. Всякий раз, когда я читаю лекции, первый вопрос: «А как же этот бедняк или тот бедняк?» И я говорю: «А как же этот успешный или тот талантливый человек?» Если наша точка отсчета — бедняки или другие несчастные, мы не победим. Либертарианский подход и консервативный подход признают, что это точка отсчета, и поэтому они не победят, потому что у них нет моральной основы. И как только они действительно побеждают, они сразу начинают деградировать. Рэнд разработала новую мораль. Эта мораль, в ее понимании и понимании Аристотеля, отличается от еврейско-христианской моральной традиции Запада».

— И в чем причина?

«Причина в том, что ваша жизнь принадлежит вам — личности. И ваша моральная обязанность состоит в том, чтобы прожить свою жизнь наилучшим для себя способом. Это рациональный эгоизм — используйте свой ум, чтобы продвигать свою жизнь самым осмысленным образом, каким только можете. Это не означает негативного отношения к другим людям. Другие люди имеют огромную ценность, но к другим нужно относиться как торговец — ценность vs. другой ценности. Без самопожертвований и без самоотречений. А что самое ценное для такого человека? Способность мыслить, способность инициировать, способность производить и обдумывать новые идеи».

Брук объясняет, что, по его мнению, для того, чтобы жить хорошей жизнью, нужна свобода мысли и свобода применения мысли. По его словам, величайшим врагом мысли и жизни по уму является принуждение.

«Это авторитет, который запрещает вам определенные вещи и требует от вас думать и действовать определенным образом. Такое принуждение исходит только от других людей. Айн Рэнд был за правительство, единственная функция которого состояла в том, чтобы предотвращать принуждение людей людьми и охранять нас от людей, которые хотели бы навязать нам свои взгляды. Правительству запрещено навязывать. Право человека жить в соответствии со своим интеллектом и продвигать свои личные ценности, является абсолютным правом, и единственная законная политическая структура — это свободный рынок и ограниченное государство, которое защищает права личности».

Ярон Брук

Брук часто использует понятия «рациональный эгоизм» и «самоуничтожение», которые Рэнд определял иначе, чем это принято в народе. В результате создается впечатление, что объективизм — это философия, которая в лучшем случае просто нелогична, потому что она не подходит для людей, являющихся существами социальными, а в худшем — оправдывает людскую заносчивость и нежелание считаться с нуждами ближних. Но, по словам Брука, Рэнд решила использовать очень четкие термины.

«Она использовала понятия так, как они используются в философии. Термин «альтруизм» был определен Августом Комметом, французским философом 19-го века, как «жить для других». Сосредоточить всю свою жизнь на тотальном самопожертвовании. То есть — если я помогаю тебе, чтобы самому почувствовать себя хорошо, это аморально. Я не должен думать о себе…. Счастье других важнее вашего счастья. Это философски понятно, но, поскольку никто не верит, что так можно жить, люди размывают это понятие. Поэтому важно уточнять и определять его. Что на самом деле происходит? Люди на самом деле не ведут альтруистическую жизнь, но продолжают думать, что это — идеал. Результатом является чувство вины у многих людей, особенно успешных людей. Это несправедливость, которую они совершают по отношению к себе, потому что они творческие люди, которым нужно гордиться, но они чувствуют вину, потому что они усвоили ущербную философию».

По словам Брука, Айн Рэнд наводит порядок в понимании этих идей.

«Она говорит им: ‘Гордитесь своим успехом. Вы будете счастливы, что построили свою жизнь, честь вам и хвала’. Что до эгоизма, то это аристотелевская идея. Греки были заняты вопросом о том, как жить хорошей, и у них не всегда были лучшие ответы на эти вопросы. Айн Рэнд сказал, что мораль должна быть наукой, которая задает вопрос, в духовном смысле, к каким ценностям следует стремиться, чтобы жить хорошей и успешной жизнью для себя. Ценности, которые обещают выживание, — это те же ценности, которые способствуют полноценной жизни. Вы можете использовать простой язык или слова, которые не так мешают людям, но здесь нет коротких путей — все должны быть эгоистами, а альтруизм — это плохо».

— Рэнд сказала, что ее философия — это инструмент для жизни на Земле и что объективизм — это философия, которая подходит людям.

«Да, потому что это философия, разработанная на основе наблюдения за людьми и их реальными действиями, а не за какими-то идеальными животными с другой планеты. Это наблюдения за существующей реальностью и тем, что работает для людей, а что не работает. Что отличает нас от других животных, это интеллект и способность мыслить концептуально. Это не теория — это наблюдение за людьми. Цель состояла в том, чтобы развить моральные ценности исходя из реальности, а не ‘сверху’ и не в форме заповедей. У каждой ценности есть цель, и цель вытекает из реальности и из этого мира, здесь и сейчас, а не из мистики или теорий о потенциальном мире, который может быть существует».

Далее Брук добавляет, что человек, возможно, является социальным существом, и быть частью социума очень важно, но это не то, что нас характеризует.

«Обезьяны и зебры также являются социальными существами. Что отличает нас, так это наше самостоятельное мышление и способность определять, какой социум хорош для нас, а какой нет. И иногда нам лучше быть одним. Способность признать, что общество также может нанести ущерб, такой как наносят социализм или коммунизм, и что лучше этого избегать. Признать, что сущность и моральная основа хорошего общества заключается в том, что люди общаются друг с другом на добровольной основе — на основе взаимовыгодных отношений, в которых выигрывают обе стороны и нет проигравших или эксплуатирующих. Нет самопожертвования. Это свободный рынок. Идея заключается в том, что, в этическом плане, у людей нет другого способа общаться друг с другом, кроме как на добровольной основе. Ваш ориентир — хорошо ли что-то для человека как личности».

— У вас есть пример такой философии? Философии, которая развилась в отрыве от реальности и потому нанесла большой вред?

«Таковы большинство философий, но наиболее значимой является философия Платона, который сказал, что мы не можем узнать реальность, и единственными, кто может ее знать, являются сами философы. Поскольку они единственные, кто знает правду, именно они должны нам диктовать. Каждый диктатор в истории человечества использовал этот аргумент. Будь то католическая церковь или ‘король-философ’, они — единственные, кто общается с Богом, и их мнение — закон. Точно так же и в коммунизме. Есть пролетариат, и нам нужен кто-то, кто может направить коллективную ‘волю пролетариата’. Поэтому Ленин или Сталин должны уметь мистическим образом узнавать, что хорошо для народа. Если иногда приходится убить десятки миллионов людей ради пролетариата, это хорошо. То же самое с нацистами — чтобы знать, что хорошо для арийской расы, вам нужен ‘король-философ’. Все это основано на Платоне, и далее приходят постмодернисты и говорят: ‘Если вы не можете знать правду, тогда правды вообще нет’. Платон развратил всю западную культуру и, исторически, когда идеи Платона доминирует в своем влиянии на других философов и культуру, происходит значительная деградация. Каждый раз, когда доминируют аристотелевские идеи, с акцентом на человека, на мышление и на тот факт, что реальность существует и что ее можно идентифицировать, понять и познать, мы видим подъем».

Деньги это еще не все

В последние годы общественно-политический дискурс в Израиле был направлен на сокращение экономического неравенства, иногда как средство борьбы с бедностью, а иногда как самоцель. Одна из самых известных книг Брука называется «Равенство несправедливо»[3], в которой есть месседж, имеющий, по его словам, прямое отношение к сегодняшнему Израилю.

«Прежде всего, равенство — это не лучшее средство в борьбе с бедностью. Что помогает бедным людям, так это предоставление им как можно больших возможностей — найти работу, создать капитал и продвигать себя. Лучший способ создать мир с максимально широкими возможностями — это свобода. Свобода и равенство не идут вместе, а неравенство является неизбежным следствием свободы. Возьмите группу людей и дайте им свободу. Вернитесь через пять лет, и вы обнаружите, что они не будут равны: некоторые будут учителями, а некоторые будут в хай-теке, некоторые будут зарабатывать меньше, т. к. это менее для них важно, некоторые станут великими изобретателями, некоторые просто будут бездельниками. Большинство будет где-то посередине. Будут люди, которые будут заниматься любимым делом и зарабатывать меньше, и будут люди, которые очень любят деньги и хотят их все больше и больше».

По словам Брука, деньги не имеют значения в жизни.

«Это не та мера, с которой вы оцениваете людей. Индексом должна быть свобода. Если вы хотите равноправия, вы должны отказаться от свободы, а свобода это то, что лучшим образом помогает бедным. Посмотрите, что произошло в 19 веке в Европе и Соединенных Штатах и за последние тридцать лет в Азии. Миллиард человек — немыслимое количество — вышли из нищеты. Тридцать лет назад 30% населения мира жили в условиях крайней бедности. Сегодня — 8%. Как они вышли из бедности? Благодаря программам по исправлению неравенства? Нет — из-за свободы. Китай и некоторые другие страны стали немного свободнее. Каков результат? Больше неравенства. Но все они стали богаче, так что же мы волнуемся? Какое это имеет значение, что есть неравенство, если все богаче? Вы смотрите на страны, в которых много неравенства, и вы видите, что бедные там относительно богаты, и вы смотрите на страны, в которых есть равенство — все там очень бедны относительно равной мере».

Примечания:

[1] — “A New Textbook of Americanism: The Politics of Ayn Rand”

[2]Winning the Unwinnable War: America’s Self-Crippled Response to Islamic Totalitarianism

[3] — Don Watkins & Yaron Brook, Equal Is Unfair: America’s Misguided Fight Against Income Inequality. New York: St. Martin’s Press. 2016